Menu 

Shakespeare. Комментарии к сонету 57

 

BEing your slaue what should I doe but tend,
Vpon the houres,and times of your desire?
I haue no precious time at al to spend;
Nor seruices to doe til you require.
Nor dare I chide the world without end houre,
Whilst I(my soueraine)watch the clock for you,
Nor thinke the bitternesse of absence sowre,
VVhen you haue bid your seruant once adieue.
Nor dare I question with my iealious thought,
VVhere you may be,or your affaires suppose,
But like a sad slaue stay and thinke of nought
Saue where you are , how happy you make those.
   So true a foole is loue,that in your Will,
   (Though you doe any thing)he thinkes no ill.

Being your slave what should I do but tend
Upon the hours, and times of your desire?
I have no precious time at all to spend;
Nor services to do till you require.
Nor dare I chide the world without end hour,
Whilst I (my sovereign) watch the clock for you,
Nor think the bitterness of absence sour,
When you have bid your servant once adieu.
Nor dare I question with my jealous thought,
Where you may be, or your affairs suppose,
But like a sad slave stay and think of nought
Save where you are, how happy you make those.
   So true a fool is love, that in your Will,
   (Though you do any thing) he thinks no ill.

1 Being your slave         8 your servant 

   Повторная смена формы обращения (после you-вы в 5355 и thou-ты в 56) не может остаться без внимания, тем более, что индивидуальная любовь Поэта (37.8) – с которой он отождествляется (20.14, 22, 56; здесь: 13-14) – описана как ‘верный/истинный шут/глупец’ (как ‘дитя’ или ‘юродивый’), охотно принимающий любую Волю-Will своего Господина-Госпожи, – в данном случае, волю отсутствовать (7-8, 13-14). Ср. 56. ДК

1-2 tend upon – как в 53.2

I (my sovereign) =  1) приложение: ‘я (сам себе господин)’;
                                           2) обращение: ‘я, мой господин’ или ‘моя госпожа’ или  ‘(мой сюзерен)’ или ‘(мой суверен)’. В то время обращение часто писалось в скобках: см. конец Посвящения в ДК к 11-12. 

7-8 [I] think the bitterness of absence sour – Ср. 56.

О неоднократном, досадном и горьком для Поэта-творца, отсутствии его Господина-сюзерена (Master-Mistress of my passion, 20; также Lord of my love, 26) и о счастливой зависимости от Его присутствия (являющегося свидетельством Его любви) говорит не только пара сонетов 5758.

10 or your affairs suppose = nor dare I suppose what your affairs may be

12 = Save [that] how happy you make those [there] where you are. ДК

13-14  your Will – ваша Воля, ваше Повеление = your desire (2). ДК

Продолжение – сонет 58 ♦♦ ††

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ КОММЕНТАРИИ

1 • Being your slave your servant (8)

В понятной для нас иерархии человеческого общества отношение слуги к господину предполагает соответствующее почтение, – отсюда почтительное youвы. В не совсем обычном для нас рыцарском кодексе эта иерархия основывается на любви к Богу (thou) и ближнему (thou, you) – на той почтительно-верноподданной любви, которую проявляет вассал к своему сюзерену, подданный к своему суверену – и наоборот. Наивысшим сюзереном-сувереном является Господин над господами, а его вассалами – работники (= рабы) Божии (58.1; Мт. 21:33-40).

В совсем необычной для нас человеческо-ангельской иерархии, которая просматривается в Шекспировском мироощущении и малоизвестных постулатах неоплатонической ренессансной философии, youвы имеет еще сему двойственности, обозначая обуполого Бога-Любовь (ДК к 1.1, 13.1-2, 17.13-14, 38 и 39.2) в Его человеческой проекции MasterMistress (20).

11 • But like a sad slave stay and think of nought
12 • Save where you are, how happy you make those.

♥ Ср. строку 12 и последнюю строку Посвящения королеве Елизавете Тюдор, предваряющего рукопись поэмы о бессмертии души (ДК к 52). В этом посвящении ‘преданного подданного и слуги ее Величества’ находим два местоименные обращения: вы – когда Поэт обращается к ее Душе-Soul; и ты – когда он обращается к ее духу-spirit:

TO that cleere maiestie which in the North
Doth, like another Sunne in glory rise ; 
Which standeth fixt, yet spreads her heauenly worth ; 
Loadstone to hearts, and loadstarre to all eyes.

Like Heauen in all; like th’Earth in this alone, 
That though great States by her support doe stand, 
Yet she herselfe supported is of none, 
But by the finger of the Almighties hand :

To the diuinest and the richest minde, 
Both by Arts purchase and by Natures dowre, 
That euer was from Heau’n to Earth confined, 
To shew the vtmost of a creature’s power :

To that great Spring which doth great kingdomes mooue,
The sacred spring whence right and honor streames, 
Distilling Vertue, shedding Peace and Loue, 
In euery place, as Cynthia sheds her beames :

I offer up some sparkles of that fire, 
Whereby wee reason, liue, and moue, and be ; 
These sparkes by nature euermore aspire, 
Which makes them to so high an highness flee.

Faire Soule, since to the fairest body ioind
You giue such liuely life, such quickning power,  
And influence of such celestial kind 
As keepes it still in youths immortall flower :  

(As where the sunne is present all the yeere,
And neuer doth retire his golden ray, 
Needs must the Spring bee euerlasting there, 
And euery season like the month of May.)

O! many, many yeeres may you remaine, 
A happy angell to this happy Land ; 
Long, long may you on Earth our empresse raigne, 
Ere you in Heauen a glorious angell stand.

Stay long (sweet spirit) ere thou to Heauen depart,
Which makst each place a heauen wherein thou art.

                Her Maiesties 
    11 July,                       Deuoted Subiect 
          1592                                   and Seruant, 
                                                               IOHN  DAVIES. 

Светлому величеству той, что на Севере,
как еще одно Солнце, во славе встает
и, стоя незыблемо, расточает свою небесность;
магниту для сердец и путеводной звезде для всех глаз;

Небесной во всем, Земной единственно в том,
что, хоть великие Державы стоят с ее помощью,
саму ее никто не поддерживает,
только лишь перст руки Всемогущего;

Разумной душе святейшей и богатейшей в силу
приобретенных Искусств и приданого Природы,
сосланной в затвор Земли с Небес,
чтоб показать предельные возможности создания;

великому Источнику, движущему великими царствами,
священному роднику, откуда плывут право и честь,
очищая от примесей Добродетель,
распространяя везде Мир и Любовь, как Цинтия – свои лучи,

я подношу несколько искр того огня, с чьей помощью
мы думаем, живем, двигаемся и существуем;
сама природа этих искр – возноситься,
потому и стремятся они вверх, к такой высокой высоте.

Прекрасная Душа, к прекраснейшему телу присоединённая,
поскольку вы даете ему такую деятельную жизнь,
такую живительную силу и влияние такого небесного рода,
которые и теперь держат его в нетленном цвете юности

(ведь там, где солнце светит целый год
и никогда не убирает свой золотой луч,
Весна там не может не длиться вечно,
 и каждая пора года – как месяц Май),

о, пусть бы вы еще много-много лет оставались
счастливым ангелом для этой счастливой Страны;
и долго-долго господствовали нашей царицей на Земле,
пред тем как предстать изумительным ангелом в Небе.

Будь долго, любезный дух, до того как уйти на Небо:
небом ты делаешь каждое место, где пребываешь.

                          Ее Величества
     11 июля                                   Преданный Подданный
          1592                                                              и Слуга
                                                                                        ДЖОН ДЕЙВИС.

В  первопечатном тексте 1599 года дата не указана, имеется только подпись, и она иная:

                             «Her Maiestie’s least and vnworthiest Subiect, IOHN DAVIES» =
                             “Ее Величества наименьший и наименее достойный Подданный, Джон Дейвис”.

То, что Поэт превратился из ‘преданного подданного и слуги’ (т.е. избранника) в обыкновенного и даже ‘наименее достойного подданного’,  является, по-видимому, результатом жизненных испытаний 1592-1598 гг. и трезвого сравнения «павлиньих ног» собственной души с ее «павлиньим хвостом» (ДК к 52). См. также 23.

13-14 • So true a fool is love, that in your Will,
   (Though you do any thing) he thinks no ill.

Слово Will (напечатанное здесь с заглавной буквы, как и в 135136 и 143, где оно выделено еще и курсивом) обычно принимают за сокращенное собственное имя William, которым Поэт William Shakespeare предположительно играет, акцентируя и другие значения will как имени нарицательного: 1) воля, веление; 2) вожделение-lust. В опровержение этого кажущегося уместным предположения следует заметить, что,

во-первых, отнюдь не одно лишь слово will (здесь и в других произведениях) Автор писал с заглавной буквы и даже выделял иногда курсивом, – но мы ведь не принимаем их за имена собственные;

во-вторых, этому предположению противоречит грамматика строк 13-14, где местоимение he (подлежащее инвертированного придаточного предложения) занимает место love (персонифицированное имя существительное в функции подлежащего инвертированного главного предложения). То есть, словосочетание in your Will является наречием места, относящимся к глаголу thinks, и не является определением к существительному love. Вот это сложноподчиненное предложение без инверсий:

Love is so true a fool that, though you [will/would] do any thing, he thinks no ill in your will  – 

                    и его нельзя читать своевольно как:

               Love in your Will[iam] is so true a fool that, though you do any thing, he [= William] thinks no ill.